Зав. лабораторией ФГБУ «Государственный научный Центр РФ — Федеральный биофизический центр им. А.И. Бурназяна» ФМБА России, д-р биол. наук.
e-mail: govorilga@inbox.ru
Head of Laboratory of Russian State Research Center — Burnasyan Federal Medical Biophysical Center of Federal Medical Biological Agency, Ph.D. (Full Doctor of Biological Sciences).
e-mail: govorilga@inbox.ru
Введение. Проблема сравнения медико-биологических эффектов острого облучения (включая аварийное и после ядерных катастроф) с эффектами фракционированного и хронического воздействия возникла с первых этапов развития радиационных дисциплин. В эксперименте было не раз обнаружено, что выход различных последствий лучевой экспозиции снижается в зависимости от уровня (мощности) дозы, поскольку клетки имеют время на восстановление от сублетальных повреждений.
Цель исследования — сравнение избыточного относительного риска (ERR на 1 Зв) смертности от солидных раков при остром — катастрофическом либо аварийном, и профессиональном — фракционированном или хроническом облучении.
Материалы и методы. Поддерживаемая база данных (база источников) по работникам ядерной индустрии из порядка 40 стран, на основе которой проведён объединяющий анализ данных для определения интегральной величины ERR на 1 Гр по смертности от раков для сравнения с показателями когорт, подвергавшихся катастрофическому и аварийному облучению: когорта LSS пострадавших от атомных бомбардировок в Японии, резиденты реки Теча (радиоактивное загрязнение из-за выбросов с ПО «Маяк») и российские ликвидаторы аварии на Чернобыльской АЭС.
Результаты. Сравнение величины ERR смертности от раков на 1 Зв для работников мировой ядерной индустрии (объединяющий анализ данных 37 исследований) с показателями когорты LSS, резидентов на реке Теча и ликвидаторов аварии на Чернобыльской АЭС продемонстрировало отсутствие поддающихся логике и принципиальных отличий, причём риски для двух последних когорт были наиболее высоки.
Хотя полученные данные отчасти подтверждают подход последних лет Научного комитета по действию атомной радиации ООН, согласно которому канцерогенные эффекты острого, аварийного, и фракционированного или хронического лучевых воздействий не зависят от фактора мощности дозы (DDREF), тем не менее, с учётом биологических механизмов и данных радиобиологических экспериментов, этот вопрос не может считаться однозначно решённым.
Выводы. Исходя из ERR на 1 Зв, из средней дозы внешнего облучения, а также из величины ежегодной фоновой смертности от рака в России и США, ожидаемая прибавка смертности от раков для 100 тыс. работников ядерной индустрии составит в среднем 32–69 человек за 10 лет (0,032–0,069% от группы). Подобные риски, в связи со множеством канцерогенных нелучевых факторов жизни и работы, равно как и колебаний фонового значения, невозможно учитывать в практике медицины и здравоохранения.
The purpose of the study is to compare the excess relative risk (ERR per 1 Sv) of solid cancer mortality in acute — catastrophic or emergency, and occupational — fractionated or chronic exposure.
Materials and research methods. A maintained database (database of sources) on nuclear workers from about 40 countries, on the basis of it a combined data analysis was carried out to determine the integral ERR value per 1 Gy for cancer mortality for comparison with parameters of cohorts exposed to catastrophic and emergency exposure: the LSS cohort victims of the atomic bombings in Japan, residents of the Techa River (radioactive contamination due to emissions from the Mayak plant) and Russian liquidators of the Chernobyl accident.
Results. Comparison of the ERR per 1 Sv for cancer mortality for workers in the global nuclear industry (combining analysis of data from 37 studies) with the parameters of the LSS cohort, residents on the Techa River and liquidators of the Chernobyl accident showed the absence of logical and principial differences, and the risks for the last two cohorts were the highest.
Although the data obtained partly confirm the approach of recent years by the United Nations Scientific Committee on the Effects of Atomic Radiation, according to which the carcinogenic effects of acute, accidental, and fractionated or chronic radiation exposure do not depend on the dose rate factor (DDREF), nevertheless, taking into account biological mechanisms and data radiobiological experiments, this issue cannot be considered unambiguously resolved.
Conclusion. Based on the ERR per 1 Sv, the average external dose, and the annual background cancer mortality in Russia and the United States, the expected increase in cancer mortality for 100,000 nuclear workers will average 32–69 people over 10 years (0.032–0.069% of the group). Such risks, due to the many carcinogenic non-radiation factors of life and work, as well as fluctuations in the background value, cannot be taken into account in the practice of medicine and health care.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.